beam_truth: (Default)
[personal profile] beam_truth




Кроме того, по поводу Финляндии было джентльменское соглашение, которое связывало руки Германии, но ограничивало и совок.

На сколько можно понять, Гитлер был согласен на присоединение Финляндии к совку не военными средствами, то есть – по собственному желанию. Что из этого вышло – все прекрасно помнят, и Гитлер не жалел дифирамбов стойкости финнов.

Он подчеркнул, что выполнил свою часть обязательств и финны сражались самостоятельно, а Сталин забыл о том, что обещал. Летом 1940 Сталин аннексировал страны Балтии, показав Гитлеру, как именно выглядит «добровольное» присоединение.

А потом совок стал двигаться в Румынию.

Гитлер очень тепло отозвался о маршале Антонеску, подчеркнув, что румыны полностью и неукоснительно выполняют все обязательства, которые давали. В конце концов, настало время выяснить отношения с Москвой и решить, что делать с пактом от 1939 года.

Со слов Гитлера, именно германская сторона инициировал встречу высшего руководства Германии и совка, чтобы обсудить возникшие различия в трактовке подписанных документов. Именно для этого Сталин отправил в Берлин Вячеслава Молотова. Нам долго лили в уши бред о том, что Молотов старался сохранить мир и все такое. На самом деле, Молотов привез план пересмотра условий пакта, в форме ультиматума.

По речи Гитлера, Молотов озвучил четыре требования, которые выдвинул Сталин, от имени совка. Далее приводим цитаты слов Гитлера, которые остались как в письменном виде, так и в виде аудиозаписи.

«Первое: Германия должна окончательно согласиться с тем, что Финляндия ликвидируется как государство, поскольку Советский Союз снова почувствовал угрозу с ее стороны. Мне не оставалось ничего, кроме как ответить отказом.

Второй вопрос касался Румынии. Он заключался в том, будут ли немецкие гарантии защищать Румынию также от Советского Союза. И здесь я должен был держаться данного мной когда-то слова. Я не жалею об этом, потому что в Румынии, в генерале Антонеску, я нашел человека чести, который, со своей стороны, твердо придерживался данного слова.

Третий вопрос касался Болгарии. Молотов требовал права для Советского Союза разместить свои гарнизоны в Болгарии и таким образом гарантировать ей свою защиту. Что это значит, мы уже прекрасно поняли на примере Эстонии, Литвы и Латвии.

Я мог в этом случае сослаться на то, что такая гарантия должна быть обусловлена желанием гарантируемого. Мне о таком желании не было ничего известно, я должен был сначала навести справки и обсудить это со своими союзниками.

Четвертый вопрос касался Дарданелл. Россия требовала разместить там опорные пункты. Если сейчас Молотов будет это отрицать, я не удивлюсь. Если завтра или послезавтра его не будет в Москве, вероятно, он тоже будет отрицать, что его там нет».

Далее Гитлер пояснил присутствующим суть своего ответа:

«Однако он поставил эти условия, и я их отклонил. Я должен был их отклонить, и одновременно мне стало ясно, что пришло время величайшей осторожности.

С этого момента я стал тщательно наблюдать за Советской Россией. Каждая дивизия, обнаруженная нами, аккуратно регистрировалась, и в ответ на это принимались меры предосторожности.

Уже в мае ситуация сгустилась так, что не осталось никаких сомнений по поводу того, что Россия собиралась при первой же возможности напасть на нас.

К концу мая такие моменты участились настолько, что уже невозможно было отогнать от себя мысль об угрозе борьбы не на жизнь, а на смерть».

Далее Гитлер поясняет свое полное молчание по поводу того, что совок творил в Финляндии, Балтии и Румынии. Напомним, в отличие от речи Сталина, это было сказано публично, задокументировано и доступно к изучению, но история писалась людьми, которые могли бы составить серьезную конкуренцию Андерсену, обоим братьям Гримм, а также Зоряну и Шкиряку.

Страшные сказки, которые почему-то назвали историей, скармливаются и поныне, а можно было ознакомиться с тем, что известно уже 75 лет. Итак, фюрер пояснил отсутствие его личной публичной реакции и реакции правительства и прессы Германии на явные нарушения договоренностей, в исполнении красной армии.

Еще раз подчеркну – никакой закрытой сходки, никаких засекречиваний, как с речью Сталина. Гитлер логично поясняет режим секретности перед началом операции.

«Я должен был тогда все время молчать, и сохранять это молчание было мне вдвойне тяжело. Не так тяжело по отношению к Родине, поскольку она, в конце концов, должна была понять, что есть моменты, когда нельзя говорить без того, чтобы не подвергнуть опасности целую нацию.

Гораздо тяжелее давалось мне молчание по отношению к моим солдатам, которые, дивизия к дивизии, стояли на восточной границе империи, и, тем не менее, никто не знал, что затевается, никто не имел ни малейшего понятия о том, как изменилось положение в действительности и что им, возможно, придется выступить в тяжелый, даже в наитяжелейший военный поход всех времен.

Именно из-за них мне приходилось молчать, потому что, пророни я хоть одно слово, это ни в коей мере не изменило бы решения Сталина, зато внезапность, которая осталась моим последним оружием, была бы потеряна. И любое такое заявление, любой намек стоил бы жизни сотен тысяч наших товарищей.

Поэтому я молчал даже в тот момент, когда окончательно принял для себя решение самому сделать первый шаг. Если я вижу, что мой противник вскинул ружье, я не буду ждать, пока он нажмет на курок, а лучше сделаю это первым. Это было, сейчас я могу об этом сказать, тяжелейшим решением всей моей жизни. Такой шаг открывает дверь, за которой таится неизвестность, и только потомки будут знать точно, как это началось и что произошло».


Последняя цитата, которую мы тут приведем, говорит о том, что самые худшие прогнозы германского командования по поводу масштаба угрозы, исходившей из совка, не только подтвердились дальнейшим ходом событий и полученными фактическими доказательствам, но и были превзойдены обнаруженным масштабом приготовлений только у границы.

«И вот что еще я должен заявить: мы не ошиблись ни в правильности наших планов, ни в исторически неповторимом мужестве немецких солдат, — наконец, мы не ошиблись и в качестве нашего оружия! Мы не были разочарованы функционированием всей организации нашего фронта и покорения огромных внутренних пространств, и мы не обманулись в нашей Родине.

Однако в чем-то мы обманулись: мы не имели ни малейшего понятия о том, насколько гигантской была подготовка противника к нападению на Германию и Европу, о том, как невероятно велика была опасность, о том, что в этот раз мы были на волосок от уничтожения не только Германии, но и всей Европы. Сегодня я могу об этом сказать!»

Итого, по состоянию на лето 1941 года, Германия выполняла все обязательства, взятые перед совком. Даже несмотря на то, что совок регулярно и последовательно совершал шаги, ведущие в сторону от достигнутых договоренностей.

При этом, все остальные государства, подписавшие подобные договора с Германией, четко выполняли условия договоров, о чем Гитлер подробно и пространно заметил в этой же речи. То есть, только большевистская Россия плевала на то, что сама же и обещала.

Именно это вынудило Германию пересмотреть свои планы и прежде чем окончательно разобраться с Англией, которая, по мнению Гитлера, веками стравливала народы Европы в братоубийственных войнах, разобраться с большевистской Россией. Тем не менее, лично Гитлер предпринял последнюю попытку избежать большой драки с восточным соседом.

Исключительно с этой целью и был вызван в Берлин Молотов, но вместо ожидаемых объяснений или чего-то подобного, Молотов привез ультиматум. Как мы писали выше, Москва затребовала себе Финляндию, Румынию, Болгарию и черноморские проливы. Тут вообще не шло речи о безопасности совка.

К тому времени он скопил самую мощную армию в мире и сознавая это – стал диктовать условия по захвату новых территорий. Германия делала то же самое, но в рамках, согласованных со Сталиным, а теперь Сталин требовал согласия Германии на продвижение своих войск в страны – союзники Германии.

То есть, война между Германией и совком стала неизбежной сразу после отъезда Молотова, а вернее – по результатам переговоров: ультиматума Сталина и отклонение ультиматума Гитлером. Сразу после этого была издана знаменитая директива №21 о начале подготовки сил и средств для осуществления плана «Барбаросса».

То есть, последующее вторжение германских войск на территорию совка стало ответом на ультиматум Сталина. А ценой этих более чем 30 млн. граждан совка было желание Сталина прибрать к рукам упомянутые выше: Финляндию, Румынию, Болгарию и черноморские проливы. Именно это желание Сталина стало причиной разрушения половины Европы и в общей сложности, более 50 млн. трупов, которыми была завален континент от Нормандии до Сталинграда.

Что характерно, товарищ Путин сейчас тоже хочет прихватить земель, привычно растоптав целые кипы документов, которые подписал он лично и его предшественники. Какой ценой будет оплачено это желание – увидим.

Ждать осталось не долго. Одно понятно, товарищ Гитлер, на фоне товарища Сталина, выглядит как мелкий карманник, на фоне настоящего кровавого бандита.


Линия обороны

http://censoru.net/16628-za-chto-pogibli-30-millionov-chast-3.html
http://censoru.net/16629-za-chto-pogibli-30-millionov-chast-4.html




From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.
Page generated Sep. 22nd, 2017 04:59 pm
Powered by Dreamwidth Studios